- Что? Ты серьезно? - спрашивает Джо и внезапно всхлипывает, закрыв лицо руками.
Такой реакции Лео, конечно, не ожидает. Но это же Гордон-Левитт. Поэтому - да - ничего удивительного.


Вообще-то, иногда Лео думает о себе, как о человеке "не". Это определение он вывел, когда за спиной остались километры отснятой пленки, удачных и не очень фильмов, ковровой дорожки, а звездная болезнь ушла так же быстро и легко, как пришла.
Он не весельчак, не балагур, не брутальный мачо. Он не одиночка, не страшила, не идеал. Не интеллектуал, не тугодум.
И его все устраивает. До тех самых пор, пока его не сметает вихрем по имени Джо.
Он весело хохочет, трогательно заботится, сладко дышит в ухо, нежно растекается под руками, робко и горячо целуется. А еще у него есть пресловутый мужчина-мечта.
И тогда все многочисленные "не" Лео складываются в одно слово - неуверенность. И это не самое приятное ощущение для взрослого, самодостаточного мужчины. Впрочем, и не конец света тоже.
Лео вдумчиво, как привык, оценивает свое состояние и находит единственное приемлемое решение. Искоренить.
Но в силу вступает очередное "не". Он не очень силен в отношениях, тем более с мужчинами. И - здравствуй, неуверенность, как же ты достала - впервые сожалеет, что привык действовать прямо да так и не выучил всех тонкостей игры в намеки.

Лео нужен совет. А Мерфи кажется достаточно спокойным и объективным. К тому же у него есть Харди, а значит присутствует опыт по обращению со строптивыми тиграми или что-то вроде того.

- Джо рассказывал тебе о мужчине-мечте?
Киллиан от неожиданности даже перестает зевать и ежиться.
- О мужчине-мечте? - тянет он, сверкая хитрыми глазищами.
Лео кивает, подтверждая вопрос.
- Почему - рассказывал? Он и сейчас о... нем говорит.
Ди Каприо обреченно вздыхает. Искоренять.

- Эй! Ну, ты чего? - в глазах Мерфи прозрачный океан терпения и понимания, разбавленный солнечными искрами лукавства.
Лео откашливается:
- Трудно соперничать с вымышленным персонажем...
- Вымышленным персонажем, Леонардо? Умеешь ты подобрать слова, - улыбается Киллиан. - И что там о соперничестве?
- Эм... Джо как-то давно говорил о мифическом идеале, - снова дурацкая неуверенность, - и я не знаю... Хм... Не то что бы меня это сильно беспокоило...
Мерфи скептически улыбается.
- Хорошо. Меня это беспокоит. Как понять было это просто абстрактным желанием, или он говорил о вполне конкретном человеке? И что мне с этим делать?
- А что ты хочешь сделать?

Лео замирает. Он хочет слушать дурацкие идеи, получать утренний кофе, разбавленный сонными объятиями, улыбаться громкому пению из душа, чувствовать ровное биение сердца под ладонью бессонными ночами.
Он хочет всего, что уже есть. Но без полынного запаха неуверенности.

- Искоренить, - произносит он наконец.
- Угу, - откликается Киллиан, - а что именно искоренить?
Лео вздыхает:
- Все его мысли о ком-то другом, наверное. Глупо звучит?
- Да нет. Вполне объяснимо, - в глазах Мерфи все тот же океан и солнечные искры, - вот только... как думаешь, о ком говорит Джозеф? если представить, что это реальный мужчина?
Ди Каприо дергает прядь волос и молчит. Перед глазами образ Кена.

- Леонардо, Джо с тобой, ведь так? И что это значит?
- Сублимация? - хмурится Лео.
- Как все запущенно, - Киллиан весело качает головой, - смешные у тебя тараканы.
Он на мгновение зависает.
- Кому-то я уже такое говорил... Значит, так. Предлагаю действовать так, как ты обычно привык: просто спроси у Джо о принце и больше не думай об этом.

Лео мысленно кивает. Просто спросить. Собственно, он ведь так и собирался сделать. Уже давно. А Мерфи лишь подтвердил его мысли...


- Джо? Нам нужно поговорить.
Левитт замирает на середине восторженной фразы о сегодняшнем дне. В глазах настороженность и легкий испуг. Он теребит край рубашки и ждет продолжения.
- Помнишь, ты говорил о том, что мог бы влюбиться в мужчину?
Джозеф медленно кивает, уголки губ опущены, напряжение от фигуры растекается тягучими волнами.
- Я хотел бы уточнить, о ком именно шла речь.

- Что? Ты серьезно? - спрашивает Джо и внезапно всхлипывает, закрыв лицо руками.
Такой реакции Лео, конечно, не ожидает. Но это же Гордон-Левитт. Поэтому - да - ничего удивительного. Нужно дать ему время, и ди Каприо терпеливо ждет, когда его немыслимое чудовище отсмеется.

- Пойдем, - встает Джозеф, продолжая хихикать.
- Далеко? - хмурится Лео.
- Покажу тебе того, о ком говорил, - Левитт тянет его за руку.
Не вымышленный персонаж... Лео чувствует себя полным придурком и уже жалеет о том, что затеял этот разговор, но послушно поднимается.
- Закрой глаза, - просит Джо, и он послушно прикрывает веки.
Несколько неуверенных, чтоб тебя, шагов, и Джо обнимает его, улыбаясь куда-то в шею.
- Открывай.

Лео считает до трех и выполняет просьбу.
- Вот, - шепчет Левитт, пуская электрические разряды по коже.
А ди Каприо смотрит в зеркало и совершенно не представляет, что можно сказать.
- Все люди, как люди. А ты, Лео, дуб.
- Ага, - откликается он и прижимает темноглазое чудовище еще ближе, - Надо понимать, что ты в таком случае флорофил?
Джо громко хохочет и лезет целоваться.